По вечерам Он бегает. Занимается на стадионе при школе — она в квартале от его дома. Это большая районная школа, спортивная территория при ней тоже большая и старая: сдвоенная баскетбольная площадка на четыре кольца, беговая дорожка длинной около 280 метров, заросшее футбольное поле внутри, неподалеку площадка со спортивными снарядами-металлоконструкциями и тренажерами, перемежающимися кустарником, переходящая в неухоженный школьный сад. Места много.

Приятнее всего бегать непоздним вечером — разогреть аппетит перед легким ужином, проветрить голову к тому так у Него же остается время и силы на небольшой рабочий рывок перед сном; спать Он ложится за полночь. Но в это время на площадке очень людно: пришкольная территория для жителей района — и бульвар, и парк, и детская площадка, и рюмочная под открытым небом. По дорожке в хаотичном порядке (а надо бы против часовой стрелки) снуют многочисленные бегуны разной степени физкульутрности, шагают пенсионеры с телескопическими палками для норвежской ходьбы, громыхают дети на роликах, велосипедах и самокатах, барражируют молодые родители с колясками… А еще носятся собаки всех типоразмеров на поводках и без, но за пару лет Он не видел ни одной в наморднике. И то тётки зацепятся норвежскими палками, то семилетний роллер въедет в своего годовалого сиблинга — свалка, бардак, визг — замаешься лавировать.

Поэтому Он стал бегать позже, перед сном. Ближе к ночи гвалт у школы унимался, хотя площадка все равно пустовала редко. Собирались стайки старшеклассников — они кучковались на баскетбольной площадке, бросали мяч в кольца, надрывно гоготали и громко неумело матерились. Школьники почти не выпивали, зато постоянно курили какую-то ароматизированную дрянь, нагоняя дымовую завесу над северной дугой беговой дорожки. Выпивать приходили компании постарше — они, как правило, заземлялись около металлических снарядов, а матерились профессионально многоэтажными конструкциями. Не самое приятное соседство, однако беговая дорожка в эти часы становилась намного свободнее.

В тот вечер Он вышел на пробежку около 11 вечера. Была осень, уже холодно и давно стемнело: выпивать на скамейках стадиончика никто не пришел, школьников тоже не было. Трое парней лет двадцати пяти лениво занимались на перекладинах и брусьях, по дорожке в правильном направлении прогуливалась пожилая пара. Вскоре старички ушли; минут через пять после них собрались и ушли двое парней. Третий еще оставался, долго делал заминку: растягивал ноги, махал руками, пробежал несколько кругов в медленном темпе — огромный, широченный в плечах, дышал по-паравозьи шумно, а пар шел не только от дыхания, но поднимался со всей поверхности шкафообразного торса. Тоже ушел. Он остался один. С начала забега прошло минут двадцать. Посыпался мелкий дождь.

Вдруг Он заметил неспешно приближающуюся к беговой дорожке фигуру. Невысокого роста, подтянутого сложения, надменная осанка, плечи прямые и вызывающе развернуты; в куртке с надетым капюшоном, брюках и высоких ботинках. Миновал очередной круг — фигура остановилась у внешнего края дорожки (Он бегает по внутреннему): руки в карманах, ноги на ширине плеч, глубокий капюшон скрывает лицо. Еще круг — молча стоит и выжидательно наблюдает. Да что ему надо?

Еще через пару минут незнакомец ступил на круг и той же размеренной уверенной походкой стал прогуливаться против направления движения. Ну, хоть не амбал, уже хорошо — подумал Он, — а, может, это женщина? Не разглядеть: темень (по вечерам освещение стадиончика школа не зажигает — уроков ведь нет), очки забрызганы дожем и запотели от разгоряченного лица и дыхания… А если пялиться, то можно и на неприятности нарваться.

С прямой агрессией на спортплощадке сам Он ни разу не сталкивался, да и чужих драк не видел, но эмоциональные перепалки на грани рукоприкладства редкостью здесь не были. А еще Он хорошо помнил задиристого «йога» — мужика лет пятидесяти. С ним Он пересекался несколько раз на редких утренних пробежках. Тот сначала делал какие-то хитрые растяжки, стойки на голове и прочие асаны, затем молотил руками и ногами по толстому тополю; всегда бегал против движения, испытывая терпение остальных бегущих «шутливыми» выпадами — то вдруг серию ударов в воздух перед чужим носом выбросит, то внезапно подскочит наперерез… Очень ему, видимо, хотелось продемонстрировать согражданам свою ловкость. Он научился не обращать внимания на эти выкрутасы: бежал неизменной траекторией и с ровной скоростью, взгляд опущен на дорожку под ноги, внимание сконцентрировано на дыхании. Главное — держать стабильный эмоциональный фон: как только «йог» почувствует, что ты реагируешь — начнет приставать с удвоенным вниманием, не отвертишься.

Так и в тот вечер: каждый раз пробегая мимо странной фигуры, Он ощущал на себе пристальный взгляд, но свой неизменно упирал в дорожку перед собой, а внутренним голосом усиленно считал вдохи и выдохи, чтобы не поддаваться тревожным мыслям.

Наконец пришелец сошел с дорожки и уселся возле тренажеров. Судя по голубоватому свечению — смотрел в телефон. Странный тип: не та сейчас погода, чтобы на лавочке отдыхать! Хотя всякое ведь в жизни бывает, мало ли зачем человек вышел под осенний дождь ночью: может, хочет побыть в одиночестве, может, дома ссора или, не дай бог, горе какое… Проветриться хочет человек — вот и пришел на ночную спортплощадку, к тому же в округе больше и пойти-то некуда.

Он мало-помалу успокоился, добежал свои обычные 45 минут и пошел, взмахивая руками в такт глубокому восстанавливающему дыханию, через баскетбольную площадку в сторону выхода со школьной территории. Вдруг с тренажеров его по имени окликнул испуганный женский голос. Он дернулся, застыл на мгновение и рванулся к скамейке — жена!

На фото видеоинсталляция Александры Митлянской FACE BOOK

Реклама